Унесенные ветром

В первую очередь несколько слов о кайтинге. Кайт (kite) по-английски не что иное, как «воздушный змей». В приложении к кайтингу это и есть воздушный змей, только весьма большой. Он очень похож на широко известный парашют-крыло. Классификация кайтов, парашютов и парафойлов весьма обширна и сложна. Вдаваться в нее мы не будем. Если кратко, то суть кайтинга в том, чтобы, прикрепившись к этому кайту, катиться под действием силы ветра. Есть один нюанс – кайт позволяет менять направление и идти против ветра. Двигаться можно на чем угодно: скользить на доске по водной глади – и тогда это кайтсерфинг, катиться на лыжах по снегу – это уже сноукайтинг. В зависимости от того, что вашей душе угодно. Это – в самых общих чертах. О кайтинге же написано море литературы, к которой мы и отсылаем скрупулезного читателя. Мы же, в свою очередь, вынуждены ограничиться короткой справкой.

Появившись на свет в конце 70-х, кайтинг уверенно набирает обороты. Так, к середине 2000-х число сторонников этого вида спорта по всему миру варьировалось в пределах 200 тысяч. В Россию кайтинг пришел в середине 90-х. Сами кайтеры утверждают, что выделился он из более известного и привычного уху парапланеризма. Как бы то ни было, он и здесь быстро завоевал сердца любителей активного отдыха. Дмитрий Ботов и Константин Епишин как раз из таких. Оба из Санкт-Петербурга. Оба занимаются бизнесом, который в той или иной степени связан со строительством. Не нужен им берег турецкий, и Африка, как выяснилось, тоже не нужна. На вопрос: «Почему?» – отвечают: «Не интересно». Дмитрий признается, что последние 20 лет проводит на Севере, осваивая его бесконечные просторы любыми доступными способами. Константин хоть и не брезгует югами, но придерживается одного правила: не бездельничать, продавливая шезлонг, а проводить время как можно более насыщенно. Не сидится людям, и все тут.

– Всегда было шило в одном месте. Надо же что-то делать. Я больше 20 лет занимался альпинизмом и водным туризмом. Туристическая зараза во мне всегда была. Этот вирус. Всегда хотелось далеко и за горизонт, – рассказал Дмитрий Ботов. – Последние 20 лет отпуск провожу на Севере. Ходил по Белому морю, по Кольскому полуострову, по Онеге, по Ладоге и много где еще.

Кайтинг – увлечение общее, в полной мере отвечающее их запросам. В этот спорт они пришли разными путями.

– Я катаюсь уже лет 15. Мы тогда летали на парапланах. Я одним из первых заимел параплан в Петербурге. Подарили сжалившиеся французы – друзья по горным лыжам. Очень уж много было у меня восторгов. Летать на нем меня никто не учил. Учился сам, посносил все кусты бузины, – поделился Дмитрий. – А однажды пришел мой друг и сказал, что есть такая фигня – кайт. Пошли на залив. Там человек показал навыки управления. Но поскольку на горных лыжах я стою и навык управления парапланом был, я в тот же день поехал на кайте. Долго учиться не пришлось. Раньше ездил кататься на горных лыжах, но там что – спуск и все. А тут – такие расстояния можно делать, такие путешествия совершать. Про горные лыжи я сразу забыл. Так же погибла и моя любимая весенняя корюшиная рыбалка. Больше удочки меня не видели.

Константина в это дело затянул его друг, отрекомендовав кайтинг как «спорт для ленивых». Уговаривал долго. Константин никак не решался. Затем по воле случая, произошло первое знакомство. Надо ли говорить, что прошло оно более чем удачно. Так с 1996 года Константин большую часть свободного времени посвящает кайтингу.

С тех пор в жизни путешественников было немало интересных и продолжительных маршрутов. Однако такого большого – почти в 1000 километров – не было никогда.

– От Архангельска на маршрутке до Мезени. От Мезени друзья на снегоходе привезли в Несь. Оттуда, из-под Канина носа (мыс на полуострове Канин), через Нарьян-Мар до Воркуты, – пояснил Дмитрий Ботов. – Этот маршрут очень логичен. Смотришь на карту ближайшего Севера: Кольский полуостров, Канин нос и смотришь дальше направо – бескрайняя тундра до Урала. И эта мысль пришла в голову не только к нам. На подходе еще одна группа.

Готовиться к путешествию, как это водится у опытных туристов, начали загодя.

– В отношении снаряжения, питания, разбивки лагеря использовали туристский опыт. Проделали серьезную штурманскую подготовку. Что касается оборудования, то оно не за один день подбиралось. У нас все-таки много кайтовых походов. И в эту поездку никаких технических поломок не возникло. С технической точки зрения все прошло идеально, – отметил Константин Епишин. – Нас еще «Red Fox» приодел («Red Fox» – известная отечественная торговая марка одежды и экипировки для любителей экстремальных видов спорта и активного отдыха). Спасибо им, многое зависит от одежды и снаряжения. С таким набором мы вообще не испытывали серьезных проблем. Это очень серьезный подарок.

В остальном все бремя финансирования легло на плечи самих путешественников.

– Самое дорогое – это кайты. Но это одноразовое вложение. Тем не менее, с последними валютными скачками кайт стал стоить намного дороже. Но давайте не будем о грустном. Мы идем бюджетным путем, ведь кайтов нужно несколько – два или три, чтобы перекрыть всю линейку ветров – от сильного до слабого. Можно, конечно, и с двумя, но лучше все-таки иметь три. Когда кайт соответствует ветру, тратится меньше сил. А все остальное дешево, – пояснил Константин.

Вопрос подготовки жизненно важен, когда впереди 1000 километров белого безмолвия. На преодоление этого расстояния кайтерам с учетом всех перипетий понадобилось 17 дней: они вышли 5 апреля, а в Воркуте оказались 22. Нетрудно вычислить, что средняя скорость движения составляла около 50 километров в день. Это, безусловно, не рекордная скорость для кайта. Говорят, есть умельцы, которые на этом самом кайте, столь ненадежном с виду, проделывает за день 600, а то и все 900 километров. В идеальных условиях, разумеется. И тем не менее, не стоит сбрасывать со счетов сдерживающие факторы в виде рельефа, например, или погоды.

– В начале пути очень сдерживал кочкарник. Там же уже весна. Вплоть до того, что ходили и выбирали места, по которым проедем. Снег подтаял – проваливаешься полностью, носками цепляешь кусты, которых не видно. Время так и терялось, – посетовал Дмитрий Ботов. – Кроме того, в самом начале пути мы как раз попали в штиль. Психологически штиль – сложнее всего. Штиль задержал нас на четыре дня. Мы не распускали кайты и двигались пешком. Солнце, жара. Шли раздетые по пояс. Вечером выпивали воды литра по три, потому что за день сильно высыхали. Снег ели, но ничего не помогало. Снег на кочкарнике таял на глазах. Тундра вся становилась бурая, и мы стали побаиваться, что мероприятие наше может не состояться. От Неси на запад подряд стоят четыре деревни, так вот, спасибо местным жителям: они убедили нас, что восточнее холоднее и там снег. Так что спасибо радушию местных жителей: нас принимали, кормили, спать укладывали, давали телефон знакомого в следующем поселке. В следующей деревне нас уже встречали. И так мы три ночи провели в деревнях. Потом нам подсказали, как выйти на Тиманский кряж. И там на душе отлегло – там все белое, везде снег.

Большие потери времени обусловлены главной особенностью кайта – зависимостью от ветра. Даже несмотря на то, что в этом вся соль кайтинга, сами кайтеры говорят:

– Ветер – страшная ловушка. Вроде подуло, распускаешь кайт, а он не тянет. Елозишь на одном месте. Как провокация, как издевка. Утро начинаешь пешком – нет ветра. Ветер задул – распаковал кайт, переоделся. Ветер «сдох» – сложился, переоделся. Ветер поднялся – все снова. Если ветер сильный – меняешь кайт с 11 на 6 (кайты обозначаются в соответствии с их площадью; цифра обозначает количество квадратных метров). Потом встречается река – ищешь проходы, спустившись в пойму. А когда все было гладко, 90 километров в день у нас получалось легко.

Очевидно, что гладко было не всегда. Путешественники как никто зависимы от капризов природы. Более того, они перед ними беззащитны. А природа, как известно, дама своенравная, как минимум. Тем более что с прогнозами на этот раз тотально не везло. Синоптики, как назло, сообщали все «мимо кассы». Как оказалось, у тундры был свой график и свои планы на путешественников, о коих она совершенно не обязана никому отчитываться.

– Дня три шли вообще без видимости. По приборам. Все серое: серое небо, серый снег. Мини-рельефа не видно вовсе. Только ноги чувствуют, где кочка, где ямка. Пару раз валились в мульды, в русла ручьев, – поделился Дмитрий Ботов. – Один раз у меня вообще смешно вышло. Обрыв я увидел и пошел по краю. Но по инерции туда свалилась волокуша и обломила карниз, сдернув меня. Я туда упал, кайт держу, а заваленная снегом волокуша не дает мне выскочить. Костя ничего не понял: все серое, стропы торчат из ниоткуда и кайт. Притом видно, что кайтом кто-то управляет. Значит, с человеком все в порядке, но человека нет. Костя тоже котлован поймал.

– Кроме того, мы разошлись – часа четыре шли автономно. Каждый думал, что другой впереди. Ночью встретились на озере, – поделился Константин Епишин.

– Я выскочил на озеро. Точка рядом, но его следов нет, – ответил Дмитрий. – Я понимаю, что он где-то очень далеко. Я стал елозить в темноте с фонарем, искать след на озере. Тут увидал свет от фонаря где-то в километре от меня. Ух, обрадовался же я. Он еще начал бухтеть, мол, где я, что я. Он, видимо, думал, что я должен быть в избе, заварить чай, приготовить ужин (смеются).

Так, с приключениями, добрались до Воркуты. И чем ближе подбирались к городу, тем легче становился путь.

– Последние 200 километров – идеальны. А у вас покрытие идеальное. И было очень обидно, когда идешь, смотришь на него, а ветра нет. У нас получилось, что сперва не было покрытия, но был ветер. Потом наоборот – ветер появился, покрытия не стало, – посетовал раздосадованный Константин. – Последнюю ночь мы провели в землянке. Холодно было жутко. Вот тут ГУЛАГ как-то сразу вспомнился: как же эти люди строили город?

– Заночевали на Мульде. С Мульды кайтовать уже не было смысла: тундра кончилась. Нам повезло, начальник станции Мульда – зовут его Владимир – оказался очень душевным мужчиной. Спасибо ему. Чайком напоил, дал собраться, подсказал, во сколько и куда нам двигаться, чтобы сесть на вахтовку, отправил нас. Прием – прекрасный! Что касается северян, могу сказать только самое лучшее.

Путешественники оказались в Воркуте впервые. Справедливости ради отметим, что Константин бывал в нашем городе и ранее. Друг-авиадиспетчер пригласил посмотреть город. Первое знакомство Константина с Воркутой было удручающим: минус 53, и движение перебежками от квартиры до автобуса. На этот раз путешественники были ограничены временем: в запасе меньше суток. И тем не менее, отведенного срока оказалось достаточно для того, чтобы сделать определенные выводы.

– Удручают полуразрушенные здания. Пожелание к администрации: разобрать эти дома все-таки. Пусть администрация задумается. И еще дороги. Пока ехали от Мульды до Воркуты, пломбы повылетали, почки поотвисли. Передайте администрации пожелание от лица «столичных штучек», – заявил Дмитрий.

На культурную программу времени не осталось. Задержаться в городе, пусть и ненадолго, у кайтеров нет никакой возможности.

– Меня дома ждут. Очень ждут! Со всех сторон ждут. Накопилось проблем. Это же частный отпуск, то есть время, оторванное и от работы, и от семьи. Мы ведь надеялись, что пройдем маршрут быстрее, – посетовал Константин Епишин.

Тем не менее, ребята успели познакомиться с местными кайтерами и наладить дружеские связи. Питерские кайтеры дружно согласились с тем, что Воркута располагает великолепными условиями для кайтинга. Едва ли не близкими к идеальным. А значит, это не последний визит кайтеров в Воркуту.

– Мы, посмотрев здешние места, сами себе пообещали вернуться сюда весной и покататься в свое удовольствие, чтобы совпали покрытие и ветер. Будем мониторить обстановку через наших воркутинских друзей, которые у нас появились, – поделился планами Дмитрий. – Так что обязательно сюда, в Воркуту, потому что Урал мы не увидели даже издалека. Хочется здесь побывать и с местной командой пообщаться. Доехать до гор, может быть, попытаться пробиться в Лабытнанги.

Артем Орлов
Фото: vk.com
ЗАПОЛЯРКА-онлайн.рф

Источник: http://заполярка-онлайн.рф/sport/unesennye-vetrom.html