Восхождение на Пик Победы
В феврале альпинист Василий Пивцов (команда Red Fox), покоритель всех 14 восьмитысячников планеты, принял участие в экспедиции на Пик Победы (7439 м). О том, как это было, читайте рассказ от первого лица.
Многие альпинисты знают, что пик Победы – один из самых суровых и сложных пиков. По своей сложности Победа сопоставима с «малым восьмитысячником». Этому способствует ряд факторов – высота, северное расположение, особенности конфигурации (огромный массив с крутыми склонами), климатические особенности. Сезоном для восхождения считается июль-август. Однако бывают года, в которые даже в сезон вершина остается без восходителей. Этим Победа очень похожа на К2. Тем более престижным считается зимнее восхождение. Попыток за всю историю было немного.
Наша экспедиция посвящалась юбилею победы в Великой Отечественной войне и планировалась как международная с участием альпинистов из сран СНГ. Но по разным причинам почти все, кого приглашали, отказались. В результате наша команда выглядела следующим образом: Ильинский Е.Т – руководитель, Василий Пивцов, Дмитрий Муравьев, Александр Софрыгин, Ильдар Габбасов, Вячеслав Орлов, Турсун Аубакиров, Дмитрий Бажанов, Денис Ефременко, Виталий Жданов, Сергей Селиверстов (Киргизия), Артем Браун (Россия). Четверо участников – Пивцов, Муравьев, Софрыгин, Габбасов имели опыт зимнего восхождения на пик Хан-Тенгри. Дмитрий Муравьев также принимал участие в зимней экспедиции на Пик Победы в 2002 году. Сергей Селиверстов, Артем Браун и Виталий Жданов обладали хорошим высотным опытом. Остальные участники команды имели опыт одного или двух восхождений на семитысячники. В общем, состав вполне соответствовал поставленной цели.
Вечером 17 февраля экспедиция стартовала из города, 18-го рано утром прибыли в Бишкек. Четыре человека остались ждать вертолет. Остальные участники отправились дальше – в Каракол, откуда вторым рейсом борт должен был забросить их на Южный Иныльчек. Вылететь удалось 19-го. Первым рейсом вместе с нами на ледник залетели доктор, повар и начальник лагеря. Вторым рейсом прилетели остальные члены команды, после чего вертолет забросил снаряжение и высотную еду под начало маршрута. Отдельное спасибо киргизским пилотам! Заброска избавила нас от переноски по леднику Звездочка четырехсот килограммов грузов. Первые впечатления от пребывания в базовом лагере вселяли оптимизм. Относительно тепло и солнечно. Я сравниваю с зимней экспедицией 2011 года на пик Хан-Тенгри. Тогда наш лагерь стоял на Северном Иныльчеке и солнце нас освещало всего пятнадцать минут в день. Однако после того как солнце ушло мы тут же ощутили реалии зимы. Температура упала до -28 градусов. Следующий день занимались обустройством лагеря и подготовкой к выходу.
Учитывая опыт предыдущих зимних экспедиций, для восхождения мы выбрали маршрут Абалакова. Преимущество этого маршрута перед классическим (через пик Важа Пшавела (6918 м)) заключается в том, что он выходит практически на вершину. В то время как классика подразумевает длинный траверс на высоте 7000 метров.
20-го утром команда вышла на обработку маршрута. К сожалению, как мы ни старались, избежать респираторных инфекций нам не удалось. Буквально перед выходом заболел Денис Ефременко, и ему пришлось остаться в базовом лагере. Остальные приступили к работе. Снежная обстановка на леднике Звездочка, как мы и ожидали, оказалась неблагоприятной – глубокий снег. Существенно облегчили работу снегоступы. Движение замедлилось на переломе ледника. Закрытые снегом трещины создавали проблемы. Первым в трещину провалился Жданов, при падении сломал снегоступ. Вторым полетел Браун. В тот день, не достигнув заброски, мы остановились на ночевку. На следующий день установили первый лагерь, нашли заброску и перенесли ее к палаткам. Гора «гудела». Это означает, что на горе дует штормовой ветер. Но нам повезло, ветер начинался в районе 6000 метров, а задачей первого выхода была установка лагеря на высоте 5300 метров – это так называемый «пьедестал».
23-го начали работать на «пьедестал». Основную трудность представляли лавиноопасные участки, и поиск безопасного пути сильно снижал скорость продвижения. Из заброски команда взяла километр восьмимиллиметровой веревки. Провешивать пришлось практически с самого начала маршрута. Был момент, когда провесив около двухсот метров веревки, мы уперлись в лавиноопасный участок, пришлось спуститься, снять веревки и выбрать другой путь. К концу дня мы поставили промежуточный лагерь на высоте 4600 метров – это всего на двести метров выше первого лагеря. Было провешено восемь веревок. На следующий день мы достигли высоты 5000 метров, было провешено десять веревок. Поставили второй промежуточный лагерь. Промежуточными я называю те лагеря, которые не были предусмотрены тактическим планом. То есть, планируя тактику восхождения, мы предполагали установку четырех или пяти стационарных, высотных лагерей на определенных высотах в зависимости от обстановки. Утром следующего дня решили разделиться. Двойка Муравьев, Софрыгин отправилась вниз спрямить перила и снять веревки в тех местах, где это было возможно. Селиверстов, Браун и я пошли искать проход в ледопаде. Остальные остались на месте ночевки. Через несколько часов все собрались на ночевке и выдвинулись на 5300.
5300 или как говорят альпинисты – «пьедестал» – это большое, снежное поле. С этого поля вверх уходит большой, снежно-ледовый склон, ограниченный слева и справа четкими гребнями, в общем, контрфорс. Со стороны действительно напоминает пьедестал. Мы поставили второй, высотный лагерь под левым гребнем. Место – удобное и безопасное. В тот же день выкопали две пещеры. Надо сказать, все это время условия были достаточно комфортные. Это понятно – высота относительно небольшая. Все собрались на площадке рядом с пещерами, на солнышке тепло. Поставили над входом градусник – показывает минус пятнадцать. Но как только нас накрыла тень, стрелка в момент опустилась ниже двадцати пяти. Все быстро попрятались в пещеры.
Перед сном пожаловался на самочувствие Дмитрий Бажанов. Как обычно – проблемы в респираторной системе, общее состояние. Однако, мы «напряглись» ведь предстояло провести ночь на 5300, а спускаться в темноте – очень хлопотно. К счастью, все обошлось. На следующее утро, в сопровождении Дмитрия Муравьева, Бажанов отправился в базовый лагерь. Остальные взяли остатки веревок и вышли на обработку левого гребня. Гребень оказался сложнее, чем мы предполагали. Острый и сильно разрушенный. Провесив, последние три веревки мы спустились во второй лагерь. В результате обсуждения было принято решение поменять гребень. После небольшого отдыха Селиверстов, Браун, Жданов и я пошли на разведку под правый гребень. Разведка в нашем случае предполагала определение наиболее удобного и безопасного выхода на гребень, оценку сложности и опасности рельефа. Все это заняло у нас несколько часов. В пещеры спустились к вечеру. На следующий день 27-го мы спустились в базовый лагерь. Наш первый выход длился семь дней, включая день спуска.
Отдыхать решили три полных дня. В базе за время первого выхода восстановился Денис Ефременко и готовился принять участие в следующем. Бажанов так же шел на поправку. Пока отдыхали, внимательно следили за прогнозом погоды. Информацию получали на спутниковые телефоны от наших друзей. Хочется поблагодарить Александра Серазетдинова, который постоянно и подробно информировал нас об изменениях прогноза. Надо сказать, что прогнозы в последнее время достаточно точны и информативны. Согласно прогнозу, второй выход нам предстояло провести в условиях, мягко говоря, некомфортных. Но выбора не было, надо было работать. Тактический план предполагал три выхода по пять дней, третий – штурмовой. Работать дольше в условиях зимы на высоте очень сложно.
Поэтому во второй выход планировалось максимально подготовить маршрут к штурму. Это означает если не установку штурмового лагеря, то хотя бы заброску всего необходимого снаряжения как можно выше, что бы в штурмовой выход не тратить силы на обработку маршрута. В первый выход мы израсходовали всю веревку из заброски до второго лагеря. Это семьсот метров восьмимиллиметровой веревки. Было очевидно, что выше для обеспечения безопасной работы потребуется не меньше. В базе у нас был километр десятимиллиметровой веревки. Решили заменить «восьмерку» на «десятку» – имеется в виду диаметр веревок. Таким образом, наверх должна пойти более легкая веревка.
3 марта вышли в полном составе в первый лагерь. Рюкзаки уже были нелегкими, а в первом лагере нам предстояло догрузиться газом и едой. 4-го вышли во второй лагерь, по пути меняя веревки. На всю работу и переход ушло девять часов и много сил. Из второго лагеря к уже имевшемуся грузу еще добавлялись палатки. Обсудив ситуацию, пришли к выводу, что будет лучше сделать выход на обработку и потом отрываться с бивачным снаряжением (палатки, газ, горелки, спальники) в следующий лагерь. 5-го всемером вышли на обработку. Ветра нет, но очень холодно. Выход на гребень оказался довольно крутым, с участками льда под тонким слоем снега. Пришлось вешать перила. Затем короткий гребень – сто метров, вывел на фирновый склон. Через четыреста метров склон стал круче, фирн перешел в глубокий снег, началась тропежка. В этот день мы достигли высоты 5900 м, навесили 350 метров веревки и забросили часть бивачного снаряжения. К шести часам вечера спустились во второй лагерь.
Следующее утро принесло неприятный сюрприз – заболел Софрыгин. Ему пришлось уйти в базу в сопровождении Дениса Ефременко. Остальные участники вышли наверх. Холод и ветер сильно снизили скорость. После обеда ветер усилился. До запланированного места третьего лагеря в тот день мы не дошли. Установили промежуточный лагерь на высоте 6000 метров. Наутро 7-го температура снизилась до 34 градусов мороза, ветер усилился, по нашим оценкам, до 40 километров в час. Чтобы всем не мерзнуть, было решено сделать разрыв между передовой группой и остальной командой. Передовую группу составили Селиверстов, Браун, Габбасов и я. Нам предстояло преодолеть длинный, пологий, но достаточно острый гребень. Задачу серьезно усложнили погодные условия. Пришлось задействовать всю экипировку. То есть оделись как на штурм – комбинезоны поверх второго слоя, горнолыжные маски поверх лицевых масок, бахилы на высотные ботинки, а высота всего 6000 метров.
К трем часам дня вышли на 6200, к запланированному месту третьего лагеря. Переход нашей группы длился пять с половиной часов. За это время Орлов и Аубакиров спустились на 5900 и подобрали оставленное там снаряжение. Вернувшись в промежуточный лагерь, они вместе с остальными участниками выдвинулись к нам. В пять часов все собрались. Долго не могли выбрать место для лагеря. Фирн на гребне был настолько жестким, что штыковая лопата врубалась лишь на несколько сантиметров. При таком раскладе, подготовка площадок под палатки заняла бы уйму времени. Пришлось встать на ледопаде слева от гребня. Закончился пятый день выхода.
Появились поводы подумать о дальнейших планах. Накопившаяся усталость, погода и состояние фирна оптимизма не прибавляли. Тактический план предполагал наличие в третьем лагере пещеры. Но чтобы сделать пещеру на десять человек в тех условиях, надо потратить целый день и много сил. С другой стороны надо двигаться в третий лагерь. С утра 8-го марта Селиверстов и Орлов вышли наверх с расчетом на отрыв. Мы с Муравьевым готовились выйти за ними. Остальные начали копать пещеру. В это время погода ухудшилась – снизилась видимость, усилился ветер. Посовещавшись с Муравьевым, приняли решение не отрываться. Селиверстов и Орлов спустились в лагерь и присоединились к «раскопкам». Браун и я сделали заброску на 6400. Вечером получили прогноз погоды, который обещал усиление ветра и снижение температуры. Было решено спускаться. Почти весь следующий день спускались в базу.
Отдыхая в базе, мы каждый день запрашивали прогноз, надеясь на улучшение погоды. Однако ситуация складывалась не в нашу пользу. Прогноз выглядел следующим образом: 14.03 – ветер утром 55 км/ч, после обеда 80 с усилением к ночи до 115 км/ч, температура минус 35 градусов; 15.03 – ветер до обеда 140 км/ч, после обеда снижение до 75, ночью 30 км/ч, температура минус 37; 16.03 – весь день ветер 50 км/ч, температура минус 37. После 16.03 еще хуже. Таким образом, единственный возможный для восхождения день – это 16-е.
Условия 14-го после обеда и 15-го весь день представляли серьезную опасность для жизни. Решили выйти 13-го сразу во второй лагерь, чтобы 14-го до обеда прийти в третий лагерь. В ночь с 15-го на 16-е планировали перейти в четвертый лагерь и дальше по обстановке. Мы также надеялись на то, что в ходе выхода цифры изменятся в лучшую сторону.
В третьем выходе участие приняли семь человек: Дмитрий Муравьев, Сергей Селиверстов, Артем Браун, Виталий Жданов, Вячеслав Орлов, Турсун Аубакиров и я. 13-го мы сделали переход из базового лагеря во второй. 14-го вышли во второй лагерь. В 11 утра начался тот ветер, который должен был усилиться до 115 км/ч. К этому моменту мы не прошли и половины пути в третий лагерь. Работа на гребне в таких условиях грозила, как минимум, серьезными обморожениями, а в самом плохом варианте – гибелью участников. Дмитрий Муравьев и я настояли на прекращении восхождения. В тот же день мы спустились в базу. Экспедиция была закрыта, оставалось ждать эвакуации.
Отдельно хочу остановиться на экипировке. Спасибо компании Red Fox! Наш обычный высотный комплект снаряжения был дополнен комбинезоном Extreme. В качестве первого слоя был использован комплект термобелья Penguin Power Stretch, вторым слоем выбрали куртку Cliff, пуховая куртка Baltoro XX. Палатки Fox Cave – эти палатки мы используем во всех наших кампаниях. Палатки для группы 4-6 человек лучше просто нет. Я также имел возможность использовать брюки Ultra Light II и куртку Wind Loft из материала Primaloft. Это обеспечило мне комфортные условия в нижней части маршрута. Выше второго лагеря я стал использовать комбинезон.
Василий Пивцов